Мастерская «12» Никиты Михалкова

Роман Мархолиа переносит горьковскую ночлежку в капсульный отель, а Луку и Сатина сталкивает в споре о том, стоит ли человеку правда, если за ней — только бетонная стена. В спектакле Мастерской «12» Никиты Михалкова классика теряет привычный трагический регистр, но приобретает неожиданную полемичность. Рецензия разбирает, где режиссёрская концепция работает, а где ансамбль существует по инерции, и почему Высоцкий между сценами оказывается точнее иного монолога.

«Перед рассветом» в Мастерской «12» — не иллюстрация Брехта, а спор с ним. Михалков собирает девять сцен «Страха и отчаяния» в кабаре-коллаж, где гротеск не отменяет ужаса, а зонги не дают передышки. Главный конфликт рецензии: спектакль-лауреат «Золотой маски» одновременно и событие, и поле для полемики. Что здесь работает — и где концепция подминает человека.

Владимир Панков возвращает «Ревизора» на подмостки старинного театра — с суфлерской будкой, свечами и живым оркестром. Но за аналоговой эстетикой скрывается жесткое высказывание: Гармаш раздаёт оплеухи залу, а зеркальный занавес в финале не оставляет зрителю выхода. Рецензия — о том, где саундрама работает, а где превращается в аттракцион, и почему этот спектакль стоит увидеть именно сейчас.

Рецензия на спектакль «Одна абсолютно счастливая деревня» в Мастерской «12» Никиты Михалкова — это разбор первой режиссёрской работы Дениса Рекало на академической сцене. Главный конфликт текста: способна ли условная, почти притчевая форма, выбранная постановщиком, удержать трагическую подоплёку повести Бориса Вахтина, или поэтический строй повести растворяется в красивой сценографической метафоре. Анализ опирается на конкретные мизансцены, работу ансамбля и сравнение с эталонной версией Петра Фоменко.