Представьте: женщина выходит на подмостки, но зрители уже готовы хохотать. В Средневековье даме позволяли играть только служанок — и исключительно для насмешки. Церковь учила: женщина — сосуд греха, а её удел — кухня и повиновение. Потому сюжетные линии служанок строились вокруг глупости, болтливости и падкой на ухажёров натуры. В мираклях XIII века служанка непременно путала хозяйские приказы, роняла кувшины или попадала в лужу. Во французском «Действе об Адаме» её реплики — лишь визгливые междометия. Английские моралите делали служанку посмешищем за чревоугодие. Это был приговор: женщина на сцене — либо шут, либо никто. Актрисы тех лет не имели даже права на трагедию. Так смех становился цепью, а сцена — зеркалом мужских страхов.
В Средневековье женщины могли играть на сцене только служанок, и эти персонажи создавались как объект насмешки
