Премьера Никиты Кобелева по роману Тынянова о дипломате, драматурге и человеке
В истории Александринского театра есть особая линия — два столетия диалога с Александром Грибоедовым. Но одно дело — ставить «Горе от ума», и совсем другое — рассматривать автора как человека, чья жизнь оборвалась в тегеранской трагедии 1829 года. 9 и 10 октября на Основной сцене театра пройдёт премьера спектакля Никиты Кобелева «Последний год» (18+) по роману Юрия Тынянова «Смерть Вазир-Мухтара». Выбор материала рискован: к прозе Тынянова театр обращается редко, а здесь — не просто исторический роман, опубликованный в 1928 году в журнале «Звезда», а исследование последних месяцев Грибоедова.
Вазир-Мухтар — полномочный министр, высший дипломатический титул, который Грибоедов носил в последний год жизни, служа послом в Тегеране. За этим титулом — не парадный портрет, а человек, разрываемый между литературой и службой, между Россией, Грузией и Персией. Тынянов писал о драматурге, но не превращал его в бронзовый монумент. Его Грибоедов — усталый, ироничный, честолюбивый, одинокий. Гибель от рук религиозных фанатиков при разгроме российского посольства в 1829 году становится не финальным аккордом, а точкой, к которой сходятся все сюжеты.
В описании постановки подчёркнуто: спектакль Никиты Кобелева, вслед за романом, повествует не только о главном протагонисте, но и о тех, кто окружал Грибоедова в 1820-е годы. В череде персонажей — герои и лица, определявшие историю и культуру, создававшие образ эпохи: Пушкин, Крылов, Чаадаев, Булгарин, император Николай I, граф Нессельроде. Александринский театр впервые с таким пристальным вниманием исследует личную историю Грибоедова, его жизнь на фоне образов мысли российского общества. Не хрестоматийный автор, а участник сложной интеллектуальной и политической игры.
У этой сцены есть своя генеалогия. В 1831 году именно Русская драматическая труппа Императорской дирекции театров, летопись которой продолжает современная труппа Александринского театра, впервые полностью исполнила комедию «Горе от ума». Историческое здание Александринки построено годом позже, в 1832 году. С тех пор к наследию Грибоедова здесь обращались многократно. Но нынешняя премьера обещает сместить оптику: от комедийной хрестоматии — к биографии, от афоризмов — к молчанию и тревоге последнего года.
«Грибоедов у Тынянова — не автор одной великой комедии, а человек, разрываемый долгом, тщеславием и одиночеством, — говорит Никита Кобелев. — Мы пытаемся вернуть ему масштаб живой судьбы, в которой история и литература неразделимы». В спектакле прозвучат отрывки из «Горе от ума» и неоконченной пьесы «Грузинская ночь», а также стихи Пушкина и Баратынского. Это не иллюстрация к роману, а попытка собрать звуковую партитуру эпохи, где голоса поэтов, чиновников и заговорщиков перебивают друг друга.
Наши авторы стараются говорить о сложном просто, а о важном - искренне. Если вам близки эти материалы, вы можете сделать для проекта самое простое и нужное - поддержать их труд. Это не про большие суммы, это про внимание к тому, что создаётся с заботой. Или поделитесь ссылкой с друзьями. Спасибо❤️
Роль Грибоедова будет играть Виктор Шуралёв. В постановке также заняты Игорь Волков, Александр Лушин, Елена Немзер, Александр Чевычелов, Иван Трус, Иван Ефремов, Андрей Матюков, Игорь Мосюк, Олеся Соколова, Мария Лопатина и другие артисты. Такая плотность имён подтверждает замысел: перед зрителем пройдёт не монопортрет, а многоголосый мир 1820-х, в котором Грибоедов существует одновременно как дипломат, литератор, друг, соперник и жертва.
Почему эта премьера важна именно сегодня? Возможно, потому что фигура человека, который умел мыслить поверх границ, но оказался заложником больших имперских и религиозных противоречий, звучит слишком современно. Александринский театр редко берётся за прозу Тынянова — и уже поэтому «Последний год» стоит внимания. Но ещё важнее другое: театр возвращает Грибоедову объём, отнимая у него глянец школьного портрета. После 9 и 10 октября у зрителя останется не только память о премьере, но и вопрос: что мы на самом деле знаем о человеке, чьи строки разошлись на цитаты, а жизнь оборвалась так рано и так страшно.
