За плотной завесой — лампа, а на экране оживает Карагёз. В турецком теневом театре куклы делают из верблюжьей кожи: она тонка, чтобы пропускать свет, и крепка, чтобы служить годами. Мастер…
Владимир Панков возвращает «Ревизора» на подмостки старинного театра — с суфлерской будкой, свечами и живым оркестром. Но за аналоговой эстетикой скрывается жесткое высказывание: Гармаш раздаёт оплеухи залу, а зеркальный занавес в финале не оставляет зрителю выхода. Рецензия — о том, где саундрама работает, а где превращается в аттракцион, и почему этот спектакль стоит увидеть именно сейчас.
Голос начинается не в горле. Опора — это диафрагма: она держит дыхание, как купол — сцену. Первокурсники часто «тянут» звук из горла: связки напрягаются, тембр тускнеет, к третьему курсу появляются…
9 октября на петербургской площадке «Узел» покажут «Четыре доказательства бессмертия души» — авторский спектакль Константина Фёдорова по Платону. Постановка независимого «АТеатра» обещает интеллектуальный блокбастер о смерти, философии и надежде. Рассказываем, почему этот вечер стоит запомнить. Премьера соединяет античный диалог, современный театр и размышления о том, что остаётся после человека.
Гротовский не искал «удобного» актёра. Он требовал не техники, а полной отдачи — как у святого. В «Бедном театре» он убрал грим, маски, костюмы и декорации, оставив тело и голос.…
Малый театр принимает заявки в режиссёрскую лабораторию «Наследие. Авторы Малого театра XIX–XX веков». Молодые постановщики до 45 лет могут предложить пьесу Сумбатова-Южина, Гнедича или Луначарского. Лучшая экспликация получит шанс выйти на легендарную сцену. Заявки принимаются до 31 октября 2026 года.
В Театре Гоголя вышел «Герой нашего времени?» — не инсценировка романа, а путешествие современного поэта внутрь лермонтовского сюжета. Антон Яковлев выстраивает двойную реальность, где XXI век проваливается в XIX, а Печорин оказывается не роль, а диагнозом. Рецензия разбирает, где концепция работает, а где спектакль начинает буксовать.
Актёр не может приказать себе заплакать. Станиславский сформулировал главный принцип: «через сознательное к бессознательному». Не играй чувство — создай условия, при которых оно родится само. Пример: в этюде на «потерю»…
Что происходит, когда текст Куприна о «падших» женщинах переносят на улицу перед чайной, где Горький пытался «поднять» босяков? Спектакль Артёма Устинова «Яма» на фестивале «Специфик» превращает фасад исторического здания на Кожевенной в поле конфликта между культурой и отчаянием. Рецензия исследует, становится ли место полноценным соавтором — или декорацией, а зритель — свидетелем, не способным отвернуться.
